рыболовная база в астрахани остров колочный астрахань

РАННЕЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

Корпорации студентов выбирали себе руководителей, которым подчинялись профессора. Преподаватели университета занимали в городе Болонья высокое положение. Затем желающий проходил испытания. В Болонье различались две стадии — частное испытание и публичное, и второе испытание было связано с немалыми расходами, поэтому не каждый мог его пройти. Выдержавший первое становился лиценциатом, выдержавший второе — доктором. Во время ординарных лекций слушатели не могли прерывать лектора вопросами. Во время таких лекций слушатели не только могли задавать вопросы, но и получать ответ не от лектора, а от другого учащегося. В начале учебного года профессор вносил залог в размере 25 болонских фунтов из которых покрывались штрафы за незаконченные вовремя части. Даже более того, он стал "инициатором" образования многих юридических факультетов университетов , как в Италии, так и за ее пределами. Профессора и студенты Болоньи рассеивались по Европе, распространяя науку, которую они сами получили там. Так, в Италии были образованы университеты в: Виченце , Ареццо , Падуе Во Франции же был основан университет в Монпелье В отличие от других корпораций, у нее нет монополии на местном рынке. Ее пространство весь христианский мир. Это также способствовало распространению гуманистических идей в демократической среде. Если же у нас возникнет желание прочесть отличающиеся красотой стиля поэмы и книги светских авторов, следует помнить об образе плененной женщины, описанном во Второзаконии94; там говорится о следующем наставлении Господа: Если мы понимаем это буквально, ну не смешно ли это? Так мы должны поступать и делать то же самое, когда мы читаем светских поэтов, когда в наши руки попадают книги светского знания: Однако мы должны остеречься от этого [] на глазах у всех, чтобы эта наша вольность не поразила нестойких; чтобы какой-нибудь нетвердый в нашем учении брат, за которого умер Христос, не погиб, увидев нас пребывающими в языческом храме. Риторика — это как передают учителя учение о хорошем изложении мыслей в светских науках, в государственных делах. Но хотя это определение, скорее всего, относится к светскому знанию, однако оно не чуждо и церковному учению. Ведь о чем бы оратор и проповедник божественного закона ни возвещали ясно и достойным образом, или как бы связно и изящно он ни изъяснялся при обучении и при наставлениях, он делает это в соответствии со своим опытом в искусстве риторики; поэтому не следует думать, что грешит тот, кто изучает это искусство в подобающем возрасте и кто использует эти уроки в наставлениях или проповедях; напротив, делает доброе дело изучающий его во всей полноте, с тем чтобы надлежащим образом подготовиться к проповедованию слова Господня.

Ведь поскольку с помощью искусства риторики проповедуется и истинное, и ложное, кто осмелится сказать, что в борьбе против лжи истина должна быть беззащитна? Ведь тогда очевидно, что те, кто осмеливается проповедовать ложные идеи, будут иметь доброжелательного, внимательного и отзывчивого слушателя, а эти [] не будут. Те смогут излагать ложные идеи кратко, ясно, правдоподобно, а эти будут проповедовать истину так, что слушать будет тошно, понять невозможно, наконец, верить не захочется. Те с помощью ложных доказательств будут нападать на истину, защищать ложь, а эти не смогут ни истины защитить, ни дать отпора лжи. Те, увлекая и подталкивая души слушателей к ошибке, своей пылкой речью будут устрашать, печалить, веселить, ужасать, а эти, вялые, холодные заступники истины, усыплять. Кто так безрассуден, чтобы принять это? Поскольку причиной здесь является умение излагать свои мысли, которое очень много значит в проповеди и дурного и хорошего, почему не дать это знание хорошим людям, чтобы оно служило истине, коль скоро оно используется дурными людьми для достижения ими негодных и ничтожных целей, и с его помощью совершаются несправедливость и обман? Ведь и римские мастера красноречия не стеснялись говорить, что тот, кто не может овладеть этим искусством быстро, не овладеет им никогда. И мы не настолько ценим это, [] чтобы заставлять изучать его людей в зрелом или даже преклонном возрасте.

болонская школа средневековья

Достаточно и того, чтобы оно было заботой молодежи; и не только тех, кого мы хотим обучить для церковных нужд, но и тех, у кого еще не возникла настоя — тельная и несомненная потребность в этом умении. Ведь если отсутствует острый и пылкий ум, легче овладевают искусством красноречия те, кто читает и слушает ораторов, нежели те, кто неуклонно следует предписаниям науки красноречия. И нет недостатка в поучительных и авторитетных церковных сочинениях, даже помимо канона, идеи которых усваиваются при чтении даже теми, кто не знаком с ними, а лишь склонен к тому, о чем там говорится: Но теперь довольно сказано о риторике, более подробно действие ее законов при построении речей мы покажем немного позже. Диалектика — это теоретическая наука поиска, определения и рассуждения, могущая также отличить истинное от ложного. Итак, это наука наук; она учит учить, она учит учиться, в ней разум показывает себя, открывая, что он такое, чего хочет, что видит. Она одна владеет ключами к познанию и не только хочет создавать мудрецов, но и может. С ее помощью мы путем умозаключений познаем, что мы такое и откуда мы; благодаря ей мы понимаем, что есть активное и что — пассивное добро; что есть творец и что — творение; через нее мы постигаем истину и отвергаем ложь; при ее посредстве мы рассуждаем и находим, что является следствием, а что — нет, и что противоречит природе вещей, что истинно, что похоже на истину, а что в основе своей ложно в рассуждениях. С помощью этой науки мы тщательно исследуем любой вопрос и верно определяем, и разумно обсуждаем. Поэтому клирикам следует знать это известнейшее искусство и усвоить его законы в постоянных упражнениях, чтобы они могли с его помощью безошибочно распознавать хитрости еретиков и опровергать их слова магическими заключениями силлогизмов. Ведь многие так называемые софизмы на самом деле являются ложными умозаключениями, и по большей части они так похожи на истинные, что вводят в заблуждение не только тугодумов, но даже людей с острым умом, если они не очень внимательны. Ведь заявил же некто своему собеседнику: Однако это было лишь отчасти верно; но первый был хитер, а второй простодушен.

Когда слушающий подтвердил это, говорящий заключил: Насколько я знаю, [] Писание отвергает лукавые умозаключения такого рода — в том месте, где сказано: Даже не запутанная речь, но изобилующая сверх допустимого словесными украшениями, считается софизмом. Встречаются также при ложных посылках истинные выводы, которые следуют за ошибкой того, с кем идет беседа. Такие выводы делаются порядочным и ученым человеком, чтобы тот, за чьей ошибкой они следуют, смутившись, исправил эту ошибку, а если он захочет упорствовать в ней, необходимо, чтобы он был вынужден поддерживать и то, что осуждает. Ведь неверно заключил Апостол, сказав: Вообще все ложно, так как и Христос воскрес, и не была мертва проповедь тех, кто предвещал это, и вера тех, кто в это верил. А так как ложно то, что следует, с необходимостью должно быть ложным и то, что предшествует. А предшествует то, что не бывает воскресения из мертвых, как говорили те, чье заблуждение хотел опровергнуть Апостол. В результате о предшествующей предпосылке, согласно которой не бывает воскресения из мертвых, с необходимостью следует заключить, что она является ложной; ведь Христос воскрес: А предшествует то, что не бывает воскресения из мертвых; следовательно, бывает воскресение из мертвых. Все это вкратце излагается так: Итак, когда верны выводы, не только при истинных, но и при ложных предпосылках, легко изучить истинность выводов даже в тех школах, которые существуют вне Церкви, истинные же предпосылки следует искать в священных церковных книгах.

Средневековая система образования и университеты

Однако истинность выводов не установлена людьми, а обнаружена и отмечена ими, чтобы можно было учиться или обучать этому. Ведь в системе вещей есть вечные установления Божиим промыслом, сотворенные самим Богом Но так как о логике мы уже сказали, следовательно, поговорим о математике. Математика есть то, что на латинском языке мы можем назвать теоретической наукой, которая изучает абстрактные величины. Абстрактными же величинами называется то, что мы разумом отделяем от материи или от других привходящих обстоятельств — таких, как равное, неравное или от других такого же рода, которые мы рассматриваем единственно путем рассуждения. Она [] подразделяется на арифметику, музыку, геометрию, астрономию; обо всех них в отдельности мы поговорим по порядку. Арифметика есть самодостаточная наука исчислимых величин. Светские ученые выделили ее первой среди математических наук, так как никакая другая наука не указывает на ее сущность. Следующие же за ней музыка, и геометрия, и астрономия нуждаются в ее поддержке для объяснения того, что они собой представляют. Мы должны знать, что Иосиф, ученейший еврейский муж, в первой книге Древностей, в девятой главе, говорит, что сначала Авраам передал арифметику и астрономию египтянам; получив эти зерна знания, они, люди острейшего ума, взрастили у себя и другие науки. И правильно, что наши Святые Отцы рекомендуют стремящимся к знанию изучать их, поскольку в немалой степени с их помощью отвлекается внимание от забот о плоти и возникает стремление к тому, что, при поддержке Господа, мы можем воспринять только сердцем. Поэтому не должно быть осуждаемо изучение числа, которое во многих местах Священного Писания открывает внимательному взгляду, как высоко его необходимо ценить. И не напрасно сказано в прославлении Бога: Итак, любое число определяется собственными признаками, так что никакое из них не может быть равно какому-нибудь другому. Следовательно, они и неравны между собой, и различны, и любые отдельные числа различны, и любые отдельные ограниченны, и все неограниченны. И не осмелится пренебрегать числами и не связывать их с божественным знанием народ, имеющий Платона, который столь высоко ставит Бога, творящего мир с помощью чисел. И у нас Пророк говорит о Боге: И Спаситель в Евангелии говорит: Итак, даже если бы этих творений не было, оно все равно было бы совершенно; если же оно не было бы совершенным, то они, в соответствии с ним, также не были бы совершенны. Незнание чисел также ведет к непониманию многого, изложенного в Писании иносказательно и таинственно. Естественно, ум, как я уже сказал, не может не доискиваться, что это значит, почему и Моисей, и Илия, и сам Господь постились 40 дней Образный узел этого действия не развяжется без знания и понимания этого числа. Ведь оно имеет четыре десятка, как бы воплощая знание всех дел, связанное со временем. Ибо четырехкратным числом выражается бег времени и в течение суток, и в течение года; время суток — отрезками утренних, дневных, вечерних и ночных часов97; годовое время — весенними, летними, осенними, зимними месяцами.

Пока мы живем во времени, следует удерживаться и избегать временных наслаждений ради вечности, в которой мы хотим жить, хотя само учение о презрении времени и стремлении к вечному проникает к нам в беге времени. В свою очередь, десятичное число обозначает знание творца и творения, ведь троица связана с творцом, а семерка обозначает творение из-за жизни и тела. Ведь жизнь включает три аспекта: Бог должен быть любим всем сердцем, всей душой, всем разумом; в теле же отчетливо проявляются четыре составных элемента. Следовательно, этим десятком, четырежды вытянутым во времени, в нас проникает [] жить чисто и воздержанно от временных наслаждений, то есть поститься сорок дней. Это есть закон, олицетворенный в Моисее; это есть пророчество, олицетворение которого воплощает Илия; этому учит сам Господь, который, как бы имея свидетельство от закона и пророков, находясь среди них на горе, разъяснил это трем увидевшим его и оцепеневшим ученикам. Поэтому необходимо, чтобы те, кто хотят понять Священное Писание, усердно изучали эту науку; и когда они усвоят ее, то в результате легче поймут тайные числа в божественных книгах. Теперь обратимся к геометрии, которая есть созерцательное описание форм, а также обычное доказательство философов, так как они свидетельствуют, что то, что они торжественно провозглашают, их Юпитер в своих трудах вывел с помощью геометрии. Это, а также позиция церкви клерикалы обнаружили нехватку в своих рядах мощных интеллектуалов и также поспособствовали университетскому буму привело к появлению в Италии целого ряда высших учебных заведений. Болонский университет, официально считается первым университетом не только в Италии, но и в Европе. Болонья расположена в области Ломбардия.

болонская школа средневековья

Ломбардские торговые города еще с давних пор отличались не совсем типичным для средневековья стремлением знатных и богатых горожан дать своим детям хорошее по тем временам образование. Согласно древней легенде, уже в году император Феодосий основал в Болонье высшую юридическую школу. Правда, эта легенда не пользуется доверием у ученых: Поэтому по-настоящему первым, кто занялся в Болонье преподаванием, считается доктор права Пепо, известный в летописях как legis doctor. Его лекции, однако, не пользовались особой популярностью.

Образование Болонского университета 1158 г

Зато больших высот добился его последователь Ирнерий, открывший в году специальную Болонскую юридическую школу. Лекции Ирнерия не замедлили принести школе скорую популярность. У него появилось множество учеников, среди которых особенно выделяются четыре доктора права: Очень скоро болонские профессора приобрели широкую известность и приобрели преимущество над другими учеными городами. Болонский университет и римское право в средние века. Основы государства и права: Европейские университеты родились в системе церковных школ. Школа и университет — разные явления с точки зрения.

болонская школа средневековья

Даже византийский Аудиториум качественно отличался от средневековых европейских университетов, хотя формально все они относятся к одному типу высших заведений. Universitas — типичный продукт средневековья. Средневековью было неизвестно то значение университета, которое столь важно сегодня. Для нас университет — это совокупность всех наук в противоположность специальным высшим учебным заведениям. Она включала в себя людей с общими интересами и независимым правовым статусом. Даже город называли университетом граждан, да и любой ремесленный цех. Но вначале организационная структура университетов была копией цеховой организации. Средневековые университеты являли собой сообщества. Особым превосходством в XII в. Корпорации магистров и школяров, специализирующихся по одной и той же учебной дисциплине, с середины XIII в. Профессора выбирались студентами на определенное время, получали гонорар по условию и обязывались нигде, кроме как в Болонье, не преподавать.

  • Журнал рыболов россии
  • Сумка для блесен своими руками
  • Как сделать чертилку для рыбалки
  • Охота и рыбалка костюм выбор
  • Находясь по статуту, таким образом, в зависимости от университета и будучи свободными лишь в руководстве занятиями студентов, они могли приобрести авторитет и влияние на слушателей исключительно своими личными качествами и педагогическими талантами. В противоположность Парижскому, который был вначале посвящен единственно теологии, Болонский был юридическим. В этот период нашел самое широкое и плодотворное применение, как в устном изложении, так и в сочинениях глоссаторов, новый метод обучения. В течение этого длинного периода самыми известными из глоссаторов, после упомянутых ранее четырех докторов, были: Плацентин, работавший главным образом над кодексом Юстиниана и основавший школу в Монпелье; Бургундио — один из немногих глоссаторов, знавших греческий язык; Рожер, Жан Бассиэн, Пиллиус, Азо работы которого пользовались такой популярностью, что даже сложилась поговорка: Город оказывал защиту только своим собственным гражданам; чужестранцы, пришлые люди, должны были сами позаботиться о себе, постараться создать для себя гарантии спокойного существования. Первое известие об отношении школяров к городу Болонье и об их жизни в городе сохранилось в старинном стихотворении, воспроизводящем те приветствия, с которыми болонские власти, горожане и школяры обратились к императору Фридриху I Барбароссе, когда он в году стоял лагерем под Болоньей. Император полюбопытствовал узнать от школяров, каково им живется в Болонье. Один из магистров от имени всех школяров ответил, что, в общем, им живется недурно, — худо только то, что горожане за долги одного школяра арестуют любого другого школяра, и что они, школяры, просили бы императора принять их под свое покровительство. Отсюда справедливо заключают, что уже в первой половине XII века привлекаемые в Болонью возраставшею славой тамошних преподавателей юриспруденции пришельцы из всех стран могли объединяться в землячества, и что это именно обстоятельство и могло дать повод болонским гражданам арестовать любого чужеземца за долги его земляка. И вот, по просьбе школяров, посоветовавшись с князьями, император издает закон, воспрещающий арестовывать одного за долги другого и ограждающий школяров от возможного пристрастия со стороны городских судей созданием для них особой привилегированной подсудности.

    В упомянутом стихотворении дело представляется так, что император тотчас же, непосредственно после ознакомления с заявлением школяров, издал закон в их пользу. Такой закон, действительно, был издан Барбароссой, но не раньше как в году в Рейхстаге на Ронкальских полях. Привилегия Фридриха сделалась основой для массы позднейших грамот, дававшихся университетам императорами и другими государями. Привилегии сделались гораздо более обширными и разнообразными; но не только в Болонье и в других университетских городах Италии, а даже в возникших гораздо позднее университетах Германии господствовала идея, что наука принадлежит целому миру, что штудирующие собираются в данное место со всех концов миpa и образуют здесь собою общину чужеземцев, в противоположность местной городской общине. В Болонье эта противоположность была выражена более резко, чем где либо; школяры-туземцы, то есть болонские граждане, долгое время стояли вне болонской университетской корпорации, да и в позднейшее время, когда противоположность между школярами-чужеземцами scholarea forenses и школярами-туземцами echolares cives ослабла, следы ее сохранились в том, что имена тех и других заносились в особые матрикулы. Вообще же квартирный вопрос, всегда остававшийся наиболее острым именно для пришлых в университетском городе людей, имел, как мы увидим, первостепенную важность в истории всех университетов. Но так как предпринимать путешествия с научной целью могли не только учащиеся, а и учащие, и в итальянских городах сделалось даже обычным приглашать или просто переманивать составивших себе репутацию профессоров из другого города, то можно было бы ожидать, что профессора, по крайней мере пришлые, войдут в школьную корпорацию, тем более что в средневековых университетах вообще нелегко было провести границу между учащими и учащимися. На самом деле мы видим нечто иное. Профессора, даже и пришлые, поскольку они получали оседлость и права гражданства, например, в Болонье, были отрезанным ломтем от школьной корпорации, которая и называлась в Болонье университетом школяров universitas scholarium. Школяры играли роль нанимателей, входивших в договорное соглашение с теми лицами, лекции которых они желали слушать и под руководством которых желали заниматься, относительно гонорара и помещения для аудитории. В корпоративном же строе жизни школяров профессора тем менее могли участвовать, но город стал обыкновенно брать присягу у профессоров в том, что они никакими способами не будут содействовать выселению или переселению школяров в другой город. А пepeceлeние или угроза переселения служили обыкновенно для школяров самым острым оружием, самым действенным средством к тому, чтобы отстоять свои интересы и добиться желательных уступок со стороны города.

    С этой точки зрения, давшие означенную присягу профессора, должны были представляться такими людьми, от которых нельзя ожидать поддержки корпоративных интересов. Сами переселения, означавшие в сущности перенесение университета из одного города в другой и наблюдаемые даже на повороте от Средних веков к Новой истории в позднее основанных германских университетах, были ясным выражением идеи, что община чужеземцев, не привившаяся к одному городу, ищет для себя более подходящую почву в другом месте, где она также останется общиною чужеземцев. Authentica Habita еще ничего не знает об университете школяров и о ректорах университета. Самое большое, о чем можно заключить из содержания этого закона, — есть существование ко времени издания его мелких земляческих союзов, не обеспеченных в спокойном существовании и в спокойных занятиях наукой. Привилегия Барбароссы должна была дать толчок дальнейшему развитию корпоративного начала: Привилегиею создается особая подсудность для школяров перед учителями их, или перед местным епископом по выбору школяров вместо общей подсудности городским судьям. Но вскоре мы видим ректоров и других должностных лиц школьной корпорации: Тут, очевидно, идея университета как ученого цеха, с мастерами во главе, — идея, несомненно воспроизводившаяся в парижском и в большей части других университетах, — встретилась с идеей гильдии как ассоциации чужеземцев, пришлых людей, озабоченных изысканием средств к спокойному существованию на чужбине, и не только встретилась это можно сказать и о других университетах в которых так называемые нации играли важную роль , но и подчинилась этой последней идее. Правда, и в Болонье собственно учебное дело было, так сказать, царством магистров, — в школе магистры царствовали или управляли отсюда средневековое выражение: Но они подчинены университетским статутам, выработанным корпорацией школяров и регулирующим между прочим такие предметы, как расписание лекций и упражнений и даже надзор за аккуратностью в исполнении преподавательских обязанностей, подчинены затем судебной и дисциплинарной власти ректора-школяра, выбранного корпорацией школяров. В Париже, по образцу которого развились порядки большей части других университетах, мы, конечно, не видим такого преобладания учащихся над учащими: Савиньи называл поэтому парижский строй аристократическим, а болонский демократическим.

    Позднейшие исследователи, впрочем, предостерегают от искушения доводить это различие до резкой противоположности между устройством болонским и парижским. Во всяком случае чувство корпоративной связи между учащими и учащимися парижского университет было не менее сильно, чем между членами болонского университета, точно так же, как это чувство было сильно между членами всякого ремесленного цеха, несмотря на разницу степеней, занимаемых ими в цеховой организации. Поэтому-то, как замечает Кауфман, школяры парижского и других однородных университетов, сложившихся по одному типу с парижским например, в Оксфорде, Орлеане, Тулузе , не усматривали в своей организации учительского давления, и Болонья никем и никогда не воспевалась как прибежище академической свободы — в противоположность Парижу. В Болонье, правда, иногда в очень юном возрасте начинали изучать юриспруденцию; но это были обыкновенно болонцы же, местные граждане, которые, собственно говоря, к университету даже и не принадлежали. Джованни Реале и Дарио Антисери. Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 Следующая. Даже более того, в названных странах большинство юридических факультетов были основаны по образцу болонской школы её профессорами: С конца XII века благодаря трудам болонских глоссаторов и их учеников все более и более расширяется на Западе рецепция римского права, которая по доктрине тогдашних учёных должна быть названа правом всеобщим, то есть ratio scripta, которая должна служить общему законодательству всех христианских народов. В то же время развивалось повсюду в Европе изучение канонического права, основание которому положено было болонской школой.

    болонская школа средневековья

    Если, собственно говоря, нельзя сказать, что болонская школа вызвала вновь в XII столетии на свет изучение римского права, которое, в сущности, не прекращалось и в предыдущие века, тем не менее можно утверждать, что благодаря своей методе и доктрине она в значительной степени обновила науку права и оказала на законодательство, учреждения и на самые идеи европейского общества огромное влияние, которое чувствовалось на протяжении всех Средних веков вплоть до самого последнего времени. В конце XIX века в нём находились 4 факультета и целый ряд институтов, как инженерная школа, педагогическая семинария, школа политических наук, независимая от юридического факультета. Болонский университет Оригинальное название итал. Вы можете помочь, обновив информацию в статье. Список старейших университетов Категория:

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    *

    *